Главная Проект Борзописцы Обозрения Творчество Форум Замечания борзописца 
Поиск:

Борзописец

Главная | Обозрения | Казнить, нельзя помиловать
Техника Механизмы Электроника Природа Космос Общество Бизнес Люди Деньги Открытия Гипотезя Беседы Информация Карма Ложь Интернет Россия Авто США Власть Гаджеты Деньги Дизайн Доменные имена Контекст Котент Конференция ЖЖ Журналистика Закон Игры Идеи Интернет-реклама Интерфейс Информация Исследование Карма Китай Комментарии Конкуренция Контент Конференция Маркетинг Медиа Мобильные устройства Музыка НЛО Поиск Покупка Политика Образование Общение Ошибки

Реклама



NaFiqator

За 2007 год  в России не был помилован ни один человек, в  2008-м —  один. Кодификация милосердия в России имеет долгую историю. Миловали преступников всегда — и при царях, и при Ленине, и даже при Сталине.  В царской России — это был акт монаршей милости, в советской — формальная дань международным стандартам.


 
  В свое время, первый президент  передоверил процесс помилования обществу и поставил дело на поток, Путин у общества полномочия милосердия отобрал и передал людям в погонах.  каков же итог?  Если в 1992 году были помилованы 705 человек, то в 2007-м — 0. Если раньше этим  вопросом занимались  люди  публичные, то теперь — бесфамильные чиновники. Если раньше были сроки и процедура рассмотрения решений была прозрачна и понятна,  то сейчас этот процесс усложнился  и запутался  настолько, что вопрос о сроках отпал сам собой. Поэтому люди перестают просить снисхождения у государства.
Для всякого здравомыслящего человека очевидно, что институт помилования — не столько добрая воля государства, сколько его обязанность, прописанная в Конституции.  Помилование как таковое — совсем не проблема отдельных судеб, а механизм контроля  за правосудием.   Это последний суд присяжных, возглавляет  который  президент.  Без изменений этого института нельзя говорить  о каких-либо  изменениях в судебной системе с ее телефонным правом, взятками и избирательным применением закона.
В современной России история государственного милосердия неразрывна с именем Анатолия Приставкина.  Да, комиссия по помилованию работала , конечно, и в СССР, но этот орган был скорее формальным.  В самом начале 90-х бывший диссидент и правозащитник Сергей Ковалев предложил  президенту Ельцину переделать эту  структуру и возглавить ее.
А вот принять участие в  самом процессе  Ковалев предложил Анатолию Приставкину. Писатель Приставкин в ту пору был очень знаменит, после публикации повести «Ночевала тучка золотая…» его имя было известно любому россиянину. Кроме этого, он  был выходцем из послевоенного детдома с его тюремными порядками и неформальной внутренней иерархией, напоминавшей скорее зону, чем детское учреждение. Проще говоря,  с одной стороны, этот человек был бесспорной элитой общества, а с другой — прекрасно знал изнанку жизни, с которой он и должен был работать.
Ельцина  был заинтересован  идеей подконтрольной ему структуры, которую возглавил не карьерный бюрократ,  а «совесть нации». И 5 марта 1992 года состоялось первое заседание Комиссии по вопросам помилования при президенте РФ.
Комиссия Приставкина  просуществовала 10 лет. В нее составе были  писатели, академики, режиссеры, журналисты и просто умные люди. Главное требование к членам — незапятнанная репутация.
Работала комиссия очень просто. Каждому члену раз в неделю выдавались две папки с делами. Дела он рассматривал дома в течении недели,  затем на заседании   выступал со своими предложениями по каждому ходатайству. В среднем — 200 дел в неделю.
При таком раскладе, ежегодно комиссия рассматривала около 12—15 тысяч дел, «миловала» по нескольку тысяч, но в 70 процентах случаев президентское помилование не означало моментального освобождения, а лишь на несколько лет уменьшало сроки.
Конечно же были у  Комиссии и  свои неписаные законы: если человек осужден за убийство, то минимум 8 лет он должен был отсидеть. Это был так называемый стандарт Розовского (по имени члена Комиссии режиссера Марка Розовского).  По закону  для условно-досрочного освобождения, зависящего как от судов  так и от руководства колонии, человек должен был отсидеть практически половину  срока. Комиссия же считала, что помилование должно быть мягче, чем УДО (иначе зачем оно?) и ходатайствовала об освобождении после трети отсиженного срока.
Загоды своей работы, а это  10 лет,  Комиссия изменила приговор  69 856 осужденных: из них помиловала 12 856 смертников (смертный приговор был заменен на пожизненное заключение), а 57 тысячам смягчила приговор.
Очевидна и элементарна была и процедура обращения за помилованием : осужденный писал ходатайство, администрация колонии ставила  свое заключение. Члены Комиссии выносили решение, президент решал — миловать или нет. В этой схеме  было одно не маловажное правило : мнение администрации зон было не всегда главным.  Как показывает практика из любого зэка можно  сделать злостного нарушителя, если например, осужденный  не застегнул пуговицу, не поздоровался.
Понятно, что такой подход не вызывал восторга у чиновников. Они не могли смириться с тем, что судьбы зэков теперь могли решать какие-то там «интеллигентишки» без погон. Вот тут-то и начались конфликты. И в конце 90-х для того чтобы  контролировать деятельность «интеллигентишек» в состав комиссии стали входить «профессионалов»: генералы от МВД, чиновники юстиции, судьи.
Правда  долго работающие члены комиссии говорят про  «контролеров» без раздражения: «Когда к нам включили Юрия Калинина (директор Федеральной службы исполнения наказаний ), то он пару раз пришел и, что очень важно, по каждому рассматриваемому делу голосовал, как большинство из нас. И когда он понял, что голосуем объективно и открыто, то ходить на наши собрания просто перестал», — рассказывает бывший член Комиссии Валерий Борщев.
 В 2000 году в се изменилось,  в стране появился новый президент  с новым подходом к обществу и власти.
 Раньше комиссия Приставкина  сама готовила указы  президента об отказе в помиловании или о помиловании. Ясно, что для такой работы президент должен полностью доверять людям, которые входили у состав комиссии. Ельцин доверял Приставкину.  А вот Путин доверял силовикам. Ходят слухи, что  Владимир Владимирович  устно приказал  заму руководителя администрации отставному чекисту Виктору Иванову упорядочить работу Комиссии. Как ни странно, это упорядочивание прошло совместно  с кампанией в прессе.
Как водится, в критике  Приставкина и его Комиссии принималь участие  самые известные журналисты. Публицист Леонид Радзиховский озвучивал главную претензию: «В обход закона и логики, массово, потоком, без разбора равнодушно шлепает индульгенции для десятков тысяч преступников».
Второй,  известный журналист, депутат Александр Хинштейн, даже обвинял Приставкина в том, что он помиловал самого известного российского авторитета Вячеслава Иванькова (Япончика). «Я спросил его, зачем вы пишете неправду, — вспоминает Валерий Борщев, — он мне ответил, что данные он получил в Минюсте». Между тем Комиссия начала работать в 92-м году, а Япончик вышел на свободу в 91-м.
 Хотя стоит сказать, что  и в самой Комиссии были люди, недовольные своей деятельностью. Писатель Аркадий Вайнер утверждал: «Никакой Комиссии вообще нет. Просто сам ее председатель с одним чиновником «за закрытыми дверями» выдают свои индульгенции».
«Про нас стали писать ужасные вещи, — вспоминают члены Комиссии, — утверждали, что мы берем по 5 тысяч долларов за помилование, приводили какие-то факты». На самом деле, факт действительно был,  солнцевский авторитет Александр Спичка был помилован за деньги. Только вот взятку получили не члены  Комиссии, а начальник колонии, но распустили  почему-то не колонию, а Комиссию.
В итоге  в 2001 году по указу президента № 1500 комиссию Приставкина ликвидировали. После этого сми перестали освещать  тему помилований. На последок  Путин выдал каждому члену Комиссии личную благодарность «за активное участие в работе Комиссии», а Приставкину при встрече обронил: «Ну конечно же никто не верит, что вы брали деньги».
Новая реформа Путина подразумевала создание региональных Комиссий в каждом субъекте РФ. В их функции входило  рассмотрение  ходатайств заключенных своего региона. Им следовало  выбирать  из них соответсвующие критериям и направлять в администрацию президента на рассмотрение, а также следить за условиями содержания заключенных.
 По закону, каждая из региональных Комиссий должна собираться не реже  9—10 заседаний в год.  Максимальное время рассмотрения дела один месяц затем его должны отправить  сначала губернатору, у которого есть 14 дней на резолюцию, затем — в администрацию президента.  А вот что происходит дальше,  не знает никто.   Кто принимает решение опомиловании, кто там готовит рекомендации и представляет их президенту и в какие сроки.
«Бывали случаи, что ответа из администрации не приходило 7, а то и 8 месяцев, — рассказывает глава комиссии Свердловской области Юрий Демин. — За это время люди уже выходили по УДО, а бывали случаи — и умирали».
По  официальной статистике в 2005 году помилованы 42 человека, в 2006-м — 9, в 2007 — 0. За первую половину 2008-го — 1.
Татарстан до 2002 года сам принимал решение, казнить или миловать своих заключенных. Таким же правом были наделены  еще Башкортостан и Дагестан.  Выходит, что  при президентах этих республик существовали свои Комиссии, которые давали рекомендации непосредственно своим президентам, по аналогии с приставкинской, но с одним и очень весомым дополнением: каждая Комиссия имела возможность выезжать в колонии, встречаться с осужденными и избегать ошибок, неизбежных для помилований «вслепую».
Однако после подписания указа № 1500 эти Комиссии также свернули свою работу. Сегодня они, как и все остальные, — лишь механизм, который собирает информацию  и выдает  предварительные заключения. Но и здесь их «контролируют». В 2003 году Минюст вносит в указ поправка: теперь территориальные органы ФСИН выполняют работу  Комиссии по помилованию — уже  люди в погонах собирают всю информацию об осужденном.
Статистика во всей красе свидетельствует  о том, что было и что стало. Например, в Татарстане за 8 лет (до указа № 1500) комиссия по вопросам помилования рассмотрела 7983 ходатайства, помилованы были 710 человек. С 2002 года из 1030 обращений удовлетворено только 16. Такая же ситуация и в других регионах. Оренбургская область: в 2006-м — рекомендовано 62, помиловано — 0, в 2007-м — рекомендовано 59, помиловано — 0, в 2008-м помилованных также — 0.
Свердловская область лидирует по  «густонаселенности»  количества осужденных, на ее территории — 47 исправительных учреждений. За 6 лет работы рекомендованы 192 человека, помилованы — 24, и то все это еще за 2002—2003 годы. С 2005-го не был помилован ни один осужденный, хотя решения по всем из рекомендованных 23 человек были приняты Комиссией единогласно.
Нечем похвалится  и начальнику сектора по вопросам помилования Удмуртии Николаю Зенину. За 6 лет работы Комиссии Владимир Путин почтил своей милостью только одного удмуртского заключенного — самого первого, в 2002 году Константина Котенко — «дезертира и убийцу, осужденного военным судом», остальных же он «забраковывал», хотя сроки и статьи у многих были на порядок легче.
«Обидно даже как-то за свою работу, — рассказывает Николай. — Ведь мы не с бухты-барахты даем свои заключения. Ведется кропотливая работа. Мы едем в колонию, встречаемся с осужденным, с начальником, вникаем в дело, опрашиваем родственников. А нам из Москвы через пару-тройку месяцев ответ «нет». Точка».
Тем временем осужденные сами все поняли и давно прекратили слать  президенту прошения о помиловании.  Например, вот как снизилось количество прошений в Татарстане : в 2002-м — 503, 2003-м — 172, 2007-м — 49 ходатайств — и это общая тенденция.
 Если раньше существовала строгая последовательность : осужденный — администрация колонии — Комиссия — президент. Причем  зэки  знали людей, которые принимают решения по именам, а так же  были известны и сроки, в которые их судьба будет решена.  То , сейчас эта лестница состоит из следующих ступений: осужденный — администрация колонии — УФСИН — Комиссия по помилованию — губернатор — Управление по обеспечению конституционных прав граждан администрации президента — куратор этого направления в администрации (именно он кладет на стол президенту рекомендации и заключения) — президент. И непонятно, с кого спрашивать и когда ждать ответа.

Реклама

   
Главная Проект Борзописцы Обозрения Творчество Форум Замечания борзописца 
Поиск: